The Wolf's Race. Renaissance.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The Wolf's Race. Renaissance. » Новые души. » Ты с детства чесала за ушком вселенскому злу...


Ты с детства чесала за ушком вселенскому злу...

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

●Имя:
Настоящее имя - Летта. Но сама себе дала кличку - Блоха.

●Возраст:
8 месяцев.

●Пол:
Сука.

●Вид:
Полукровка, больше собачьей крови. Мать была собакой, отец - полукровкой.

●Внешность:
Если бы кто-нибудь и нашел бы время для того, что бы рассматривать Блоху, он бы увидел маленького, даже, пожалуй, слишком маленького для своего возраста, жилистого щенка, покрытого короткой серой шерстью с изрядной примесью бурых волосков, что придает волосяному покрову  какой-то мутный, грязноватый оттенок.  Лапки, живот и грудка  щенка белые. Но из-за постоянной копоти и грязи, налипшие на шкурку, разглядеть этот чистый оттенок весьма проблематично.
Длинны шерсти явно не достаточно, что бы скрыть худобу и жилистость Блохи. На ней нет ни капли жира, кожа обтягивает маленькое, сухое тельце, показывая всему миру все шрамы и изъяны на боках, морде и спине Блохи.
Лапки у Летты тощие, но достаточно широкие, указывающие на то, что из щенка вырастет относительно крупное животное, размером с небольшую овчарку.
Голова не большая, но с широким лбом, впалыми щеками, длинной мордой и черным, влажным носиком. Уши у щенка большие, кажущиеся неестественными, если соотносить размеры с размерами головы. Брови рыжеватые, выразительные, придающие Блохе детского умиления. Глаза у щенка мутные, теплого коричневого оттенка, будто бы матушка природа не решила: награждать щенка янтарным волчьим взглядом или покорным карим собачьим взором.
В целом движения Блохи нелепы,  как и у большинства щенков. Она выглядит угловатой, не складной, хрупкой… Будто бы вот-вот развалиться эта неумело выстроенная неизвестным мастером скульптура.

●Характер:
«- Прелесть моя… - Я не прелесть! - Ах, как жаль…»
Булгаков.

На первый взгляд милый щенок, на второй – сплошной, полный яда, покрытый разрывающимися шипами, горячий монстр. Возьми в руки – кислота разъест до самой кости.
Блоха конфликтна, бестактна и нагла до невозможности. На любую ласку ответит грубо, несдержанно, срываясь на крик и ругань. Она вовсе не та маленькая девочка, за которой нужен глаза да глаз. Сама по себе, словно та еще дворовая кошка. Шипит и рычит при одном только упоминании о том, что, возможно, она всего лишь маленькое существо, нуждающееся в защите.
Блоха находиться в святой уверенности, что она – всегда права. Никакие споры, никакие уговоры не убедят её в чужой правоте. Её бесит, когда разговор заходит о её возрасте, она не терпит снисходительного отношения к своей персоне.
Желание всегда бороться – основная черта Блохи. Она хочет сражаться. Все равно с кем, все равно как. Лишь бы идти вперед, лишь бы не стоять, лишь бы не замирать на месте… Пусть падать, пусть разбиваться, но все равно сопротивляться. Изначально, с самого начала Блоха настроена на борьбу и защиту. Какими бы не были благие побуждения, она будет защищаться. Это как вредная привычка: ставить заслонку, сопротивляться, даже если ничего тебе не угрожает.
Щенок привык вырывать ценные минутки жизни у судьбы силой. Кидать всю себя на доказательство этому миру, что мол, вот она я. Выживу, не смотря ни на что. Наплевав на всех вас, я буду жить.
Расчетлива, хитра, но не злобна. Шипы, которые отрастила себе роза – это ведь всего лишь защита, маска, что бы скрыть нежные лепестки чего-то хорошего, чего-то светлого, что еще осталось.
А ведь осталось же. Ранимая душа, тянущаяся к материнскому теплу, выискивающая в злобных глазах капельки расположения, и в ужасе убегающая и считающее обманом любое добро, обращенное к ней. Кошка, один раз севшая на горячую печку, ошпарившись, не сядет и на холодную.
Где-то там, в глубине души Блоха понимает, что надо стараться жить по другому. Без фальши, без ругани, с бесконечным желанием жить, а не выживать.
И её нужна ласка. Её нужно тепло, от которого она сама в страхе и бежит. Вот такое вот противоречие. Страх что-то поменять в своей жизни, боязнь сделать свой маленький внутренний мир еще более шатким заставляет щенка уходить от самой себя, загонять желания любить и быть любимой в самые глубокие недра своего сознания, снова ставить на кон свое существование и бороться… Сопротивляться.
В сопротивлении и в борьбе блоха нашла вкус этой жизни. Для неё смыслом её бытия стала эта нелепая борьба которая ведется в её голове. И пока не утихла эта борьба, и пока она желает продолжить бой, она будет считать себя живой.
Наполеон-завоеватель, идущий вперед не ради победы, а ради самого процесса. Вперед. И только вперед. К свету и в тоже время, прочь от этого самого света.
Всегда боялась высоты, всегда любила сидеть на крышах.

●Мировозрение:
Борться. Не стоять. Идти вперед... Выжить всем на зло и доказать остальным, что ты чего-то стоишь любой ценой.

●Биография:
Если хорошенько подумать, то и для моей жизни можно придумать смысл. Придумать ту суть, которая, безусловно, присутствует  каждой отдельной жизни любого существа на земле. Если думать достаточно долго и достаточно глубоко, можно даже себе вообразить какие-нибудь возвышенные истины, которыми была пронизана моя судьба с самого моего рождения.
Но я не стану этого делать, ибо мне, не как стороннему наблюдателю, а как тому, с кем происходили все события не хочется даже и задумываться о высшей сути бытия, о том, что все в нашем мире не просто так, и что моя маленькая планета еще повернется боком к солнцу, подставляя себя его жарким лучам.
Начать с того, что отец мой был полукровкой, изгнанным из Ордена Битых Зеркал за связь с моей матерью – по сути, бесчестной сукой, кружащей голову всем и каждому.
Его все звали Пороком. Я не знаю, было ли это его настоящим именем, или же это было всего лишь жалкое прозвище, данное потому, что настоящее имя его все забыли.
Мать мою звали Корой. Она была старше моего молодого отца, куда опытнее, хитрее и изворотливее.
Покрутив хвостом перед  Пороком хвостом, Кора слиняла от него, лишь потом поняв, что она беременна.
На свет появились трое щенков. Я, моя сестра и мой брат. Нельзя сказать, что мать не заботилась о нас. Она ведь и заботилась, но… Не любила. Никогда. Любила только своего единственного сына, которого и растила.
К нам с сестрой у неё пропал интерес, как только мы смогли кое-как питаться нормальной едой. Пожелав удачи она исчезла, оставив нас двоих.
Я была сильнее сестры. И не жалею о том, что сделала. Мне нужно было выжить. Хотя бы потому, что бы доказать своей никчемной родительнице, что я буду жить. Буду выживать, буду расти. Что я выросту. Что я буду жить. Буду.
Я убила сестру. Задушила её своими маленькими, молочными зубками. Я не жалела. Никогда. Даже когда красный туман, придавший мне сил, оставил меня и я у видела у своих лап бездыханное тельце.
А потом меня нашел отец. Я не знаю как, я не знаю почему он хотел добраться до Коры, бросившей его… Может, он хотел мести. Может хотел прощения, но наткнувшись на меня, всю свою любовь, адресованную глупой мамаше он передал мне, дал мне имя: Летта.
Мы жили вместе, перебиваясь скудными подачками, еле находя средства для выживания. И все же, мне было хорошо.
О да, только теперь я понимаю это. Мне было тогда чертовски хорошо. Мне было тепло. А тепло – то самое заветное чувство, о котором я до сих пор вспоминаю долгими вечерами, уставившись в покрытое тучами небо. Тепло – то чувство, которое я не испытываю сейчас, и все же именно воспоминание о нем помогает мне представлять себе за этими желтыми и смрадными тучами звезды.
Он жил не долго. Мы были вместе, пока его не подстрелили. Не подстрелили люди. Прямоходящие, голые существа… По сути кто? Ничтожество, ничего не умеющие своими руками и все делающие за счет машин.
Я не знаю, за что его подстрелили. Я помню только, что сначала убежала, испуганная залпом огней, а потом вернулась к его холодному трупу и провела с ним еще несколько дней.
А потом я пристала к небольшой стайке собак-разбойников, делающие налеты на все, что движется, обреченные на смерть, но желающие жить.
Их разбил Орден Глиняных Окон. Быстро и почти безболезненно.
И я опять выжила. Опять…
Что бы начать мучаться от голоса, страха и холода. Метаться по пустым улицам, не находить себе пристанища. Падать от усталости, умирать по десять тысяч раз от голода, холода и ужаса.
А потом меня полуживую нашли. Полукровки из Ордена Битых Зеркал. И я должна быть им благодарна за продления своей жизни.
Но я не хочу. Не хочу.
Да пошли вы все.

●Принадлежность:
Орден Битых Зеркал.

●Связь с вами:
Через Пятнашку.

●Опыт игры на ФРПГ:
Три года.

0

2

Принята.
Да не окончится твоя борьба забытьем.

0


Вы здесь » The Wolf's Race. Renaissance. » Новые души. » Ты с детства чесала за ушком вселенскому злу...


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC